Мы все делаем вместе — даже компоты: девушка, которая вышла замуж в 18 лет, рассказала правду о «ранних браках»

Юрий Устьянцев сделал предложение своей будущей супруге Анастасии, когда она еще училась в школе. Как только ей исполнилось 18, 20-й летний студент повел девушку под венец. Сейчас он — дьякон, а она учится на заочном в университете культуры и воспитывает первенца. «Хорошие новости» пришли в гости к молодой семье, чтобы узнать, как живут люди, попавшие в статистику «ранних браков».

Юрия недавно рукоположили в дьякона, он служит в храме Серия Радонежского в Челябинске. Теперь к юноше обращаются Отец Георгий, но кажется, что он немного стесняется такого «официального звания» и, пока «не при исполнении», просит называть его просто Юра. Ему 22 года, его жене — 20. Вместе они воспитывают 10-месячного Павла.

Юрий и Анастасия познакомились четыре года назад в храме, тогда Юре было 18, а Насте — всего 16 лет.

— Я вообще даже представить не могла, что Юра — мой будущий муж, мне казалось, что он намного старше, — говорит молодая матушка.
— Я сразу влюбился в Настю. Все думал, как же сделать первый шаг. И когда узнал, что она ходит на Евангельские беседы, тоже подключился. А личное знакомство у нас произошло в ризной, Настя там проводила детям экскурсию, — вспоминает Юрий.

— Я пришла в ризную до экскурсии, чтобы самой изучить, что там и как. Я там ни разу не была. После официальной части Юра неожиданно завел разговор. Телефонами обменялись — для общего дела. Но, как оказалось, он уже тогда готовил мне подарок к Пасхе. До этого момента я думала, что я ему не ровня, что он старше, и общались мы только на «вы», — улыбаясь, говорит Анастасия Устьянцева.

Настя — старший ребенок из многодетной семьи, у нее есть еще младший брат и сестренка.

— Родители в храм не ходили, крестилась я по своей собственной воле у бабушки в деревне. Проводила там каждое лето. Однажды, когда мне было 14 лет, я увидела сон о жизни после смерти. Стало страшно умереть. Я начала пересматривать свои подростковые ценности, чаще ходить в храм, — поделилась Настя.

Юра — тоже из многодетной семьи и тоже старший. Себя он называет «вечный нянька». Играть, кормить, присматривать за младшими братьями и сестрой — было обычным для него делом. Его семья жила простой и счастливой жизнью, но однажды пришла беда, которая изменила всё.

— Мама заболела онкологией. Мы не знали, что делать. Я искал духовную поддержку и мама тоже. Так получилось, что мы нашли ее вместе в храме преподобного Сергия Радонежского.

По словам Юрия, именно с мамы началось его более близкое знакомство с жизнью храма.

— Я не мог себе даже представить, что служить буду. Я в храм раньше вообще не ходил. Из-за маминой болезни начал. Когда мама полностью выздоровела (ей сделали две операции, все прошло успешно), она начала работать в церковной лавке. Сказал мне как-то: «Юра, тут столько мероприятий: походы, лагеря, экскурсии, встречи — поучаствуй».

Юрий сперва он скептически отнесся к словам матери. Он и так довольно активным подростком: занимался спортивным ориентированием, зимой — обязательно лыжи, летом — многодневные походы и сплавы.

— В общем, не хотел я никаких дополнительных мероприятий. И вообще планировал стать военным. Потом мама меня уговорила, и я съездил на сборы. Там я впервые Настю увидел, — вспоминает Юрий.

Первым свиданием стала прогулка по городу, а первыми цветами, которые Юра подарил своей будущей жене — срезанные под крики пенсионерок дворовые мальвы.

— Я готов был хоть тогда же женится, но Настя даже школу не закончила. Пришлось ждать два года.

Настя откровенно признается, что родители были не в восторге от решения дочери выйти замуж в 18 лет.

— С мамой я разговаривала, а с папой говорил Юра. Дважды. В первый раз папа не дал ответа, только расстроился. На второй мы получили разрешение с уговором, что я получу высшее образование.

7 августа 2023 года настал Настин 18-й день рождения, и меньше чем через неделю — 13 августа — ребята обвенчались.

— Свадьбу сыграли в селе Булзи, собрались прихожане нашего храма. Были смотрины, сватовство — все как в старину. Рукодельницы сшили нам национальные свадебные костюмы. Кто-то готовил еду на праздничный стол, кто-то делал цветочные композиции, я помню, как мы ездили за полевыми цветами для наших венцов, — вспоминает Юрий.

Спальня ребят — большая иллюстрация этого события. В углу стоит Настин свадебный букет, он даже немного сохранил краски того лета.

Еще у пары хранятся свадебные венцы. В старину они были терновые в знак того, что брак — это испытание. А у ребят — из цветов. Их освятили накануне свадьбы и использовали во время венчания.

— Мы венцы залили эпоксидной смолой, теперь они — семейная святыня, которая достанется нашим детям, — говорит Юрий, едва успевая удержать на руках маленького Павлика.

Паша — очень шустрый ребенок и никого не боится. Может быть, потому что его назвали в честь прапрадеда Павла, который был участником Великой Отечественной войны.

— Петра и Февронию подарил отец Ярослав, — рассказывает Юрий.

Около шести лет Юрий служил алтарником в храме пр. Сергия Радонежского и в какой-то момент принял решения стать священником. Признается, что очень хотел помогать на службах и надеялся, что рано или поздно ему разрешат это сделать.

— О таких вещах не просят. Нельзя прийти и сказать: «Я хочу в алтарь, возьмите меня». Нужно ждать, когда тебя позовут. И вот осенью 2019 года, 16 ноября отец Ярослав позвал меня в алтарь. Я так обрадовался! Побежал домой, говорю маме: «Мама, меня в алтарь позвали — надо срочно рубашку белую, брюки».

По словам Юрия, у пономарей – строгий дресс-код. Желательно одежду, в которой входишь в алтарь, не надевать в других обстоятельствах.

— У нас в храме, строго. Я это понял, когда начал работать ризничим. Облачение должно быть безупречно чистым. А перед тем, как постирать, его распарывают. Стирают, сушат, гладят, а потом снова сшивают. Чтобы ткань «не поехала», чтобы аккуратно было и вот это благолепие сохранялось.

Недавно Юрия рукоположили во дьяконы. Это первая ступень священства.

— Люди смотрят на тебя уже по-другому и нужно соответствовать: следить за своим поведением, словами, чтобы не искушать никого... Много молиться. Священники даже кольца обручальные снимают, в знак того, что они теперь принадлежат церкви, обручены ей. Но никто, конечно, не отменил ответственности за семью.

Чтобы угостить журналистов, Анастасия испекла королевскую ватрушку и заварила чай с травами. За чаем от духовным вопросов постепенно перешли к бытовым. Хозяйку прищурилась и прикрыла штору на кухне. Юрий, улыбнувшись, заметил.

— У нас такое противостояние. Я за яркий свет. Настя — за тусклый. Я все время форточки открываю — Настя закрывает. Ей все время холодно — говорит Юрий.

На вопрос, как они — по современным меркам практически подростки — уживаются друг с другом, Юрий шутит: «Иногда приходится убегать из дома».

— В первый год у нас даже конфликтов не возникало. В беременность картинка изменилась. С рождением ребенка она изменилась еще раз. Волнительно старое отпускать, потому что нигде, ни с кем я не ощущала такого счастья. Оказывается, я раньше одна была. Родители, друзья — это все не то. Засыпая, с ними не поделишься самым важным. Муж — это единство мыслей, быта, устремлений. Мы все делаем вместе — даже компоты, варенье вместе закатываем. До этого я ни с кем не была так близка. И мне хорошо на этой кухне, она пещеру напоминает, — говорит Настя.

Девушка отмечает, что самое сложное в семейной жизни — это не разрушать отношения своими недостатками.

— Любимый человек не заслуживает регулярных беспричинных обид, всплесков. Интересный образ: муж, пробирающийся на рафте через горные пороги бурной реки, которая есть жена. Иногда я именно это вижу и самой становится смешно, — говорит Настя.

Анастасия открывает дверцу шкафа — а там целый мешок лугового чая.

— У меня часто горло болит, — объясняет Юрий, — А по долгу службы мне петь нужно. Но голос часто простужен. Служу я натощак, поэтому вечером Настя заваривает чай с тмином. Он меня и спасает.

За дверцей кухонного шкафа, оказывается, пряталась любовь. Еще она есть в семейном альбоме, который для нас тоже открыли. Смотрим. Настя рассказывает трогательную историю.

— Первый Юрин подарок мне был плетеный из бисера браслет. И я его однажды потеряла. Гостила в это время у бабушки и где-то обронила. Очень расстроилась. Этот браслетик нас объединил! Начала искать. Три дня ездила по поселку на велосипеде. А потом все же нашла — в библиотеке!

Паша, кстати родился первого апреля.

— Пошутил! — смеется Юра.
— Вообще он родился в Великий пост, — говорит Настя.
— Да, Паша помучил нас! Несколько раз ездили в роддом с тренировочными схватками.

Искренняя, неподдельная любовь этой молодой семьи заставляет задуматься. По статистике в России в мужчины женятся в среднем в возрасте 35,2 года, а женщины выходят замуж в 33,1 года.

— Может быть, многие из них не вполне правы, бесконечно откладывая свадьбу на потом, стремясь «пожить для себя», «заработать», «нагуяться». Безусловно, люди в возрасте за 30 более осознанно и серьезно подходят к браку, но часто теряют свежесть чувств, эмоции и непосредственность, ведь жизненный опыт уже основательно пожившего человека заставляет быть расчетливым и осторожным, — отметила семейный психолог Наталья Башарова в беседе с «Хорошими новостями».

По ее словам, не стоит всех подряд призывать жениться сразу после школы, однако в некоторых в случаях ранний брак — вполне оправдан. Во всяком случае, в этом мы убедились на примере семьи Устьянцевых, которые и спустя два года после свадьбы смотрят друг на друга так, словно их «медовый месяц» даже не думает завершаться.

Текст: Людмила Макарова

Фото: Надежда Тютикова, архив семьи Устьянцевых